- Не пойму, - сказал он. - Прошлая поставка была другая на вид
Прораб предложил очевидное: пусть постоит в тепле, к обеду будет как надо. Бригада уже переоделась, захватка размечена. Мастер тару закрывать не стал и позвонил технадзору. Тот приехал через час.
- Постоит и отогреется это не документ, - сказал технадзор, посмотрев на вскрытую тару. - Меня интересует, что происходило с материалом с вечера пятницы до девяти утра понедельника
Снабженец ответил уверенно: документы полные, товарные, паспорт качества на партию, техническая документация, маркировка читается, номер партии совпадает.
- Документы говорят, каким материал уехал с производства, - ответил технадзор. - Не каким он приехал
Техническую документацию на продукт нашли не сразу: её подшили в общую папку снабжения при заключении договора. Условия хранения в ней были прописаны отдельным разделом. Мастер прочитал его в понедельник утром, впервые за объект.
В бумагах было всё, кроме двух суток. Условия перевозки в договоре с перевозчиком прописаны общими словами, режим в кузове никто не фиксировал. Температуру на площадке в выходные тоже не записывали: журнал на складе вели по будням. Водитель сдал машину и уехал ещё до обеда, спрашивать было некого.
Нашлась и мелочь, которая потом заняла отдельный абзац в переписке. Товарные документы водитель попросил подписать при разгрузке датой пятницы: так ему закрывался рейс. Кладовщик подписал не глядя. По бумагам партию приняли на объект в пятницу вечером, за двое суток до того, как её вообще увидели. Формально партия в порядке, фактически у неё двое суток неизвестной истории, и числятся они за объектом.
Снабженец попробовал зайти со стороны перевозчика. Технадзор напомнил, что в договоре перевозки требований к режиму нет, а значит, и нарушать было нечего.
Прораб подписывать входной контроль отказался: принять по количеству и документам готов, по состоянию материала нет, вопрос за пределами его компетенции. Снабженец возражал: возврат означает новую поставку и новый срок. Руководитель проекта считал не правоту, а дни. Переделка нанесённого покрытия дороже и дольше, чем ожидание новой партии, и это решило спор.
Договорились так. Остальную тару не вскрывать. Партию отставить отдельно, промаркировать, поставить в отапливаемый бокс и никуда не выдавать. Всё, что известно про выходные, записать. Запрос производителю отправить в тот же день, с фотографиями и номером партии.
Мастер спросил единственное, что его действительно волновало: можно ли работать хотя бы из той тары, которую занесли в пролёт первой.
- Из этой партии нельзя ничего, - сказал технадзор. - Пока не будет ответа
Бригаду перевели на подготовку поверхности следующего пролёта. Работа нашлась, но не та, что стояла в графике на эту неделю, и людей на ней требовалось меньше. Кладовщик получил распоряжение принимать поставки только в присутствии прораба и только до обеда. Его записали в журнал, и это был единственный документ, который в тот день появился вовремя.
Вопрос к тем, кто сталкивался: считается ли на объекте разгрузка приёмкой. Судя по площадкам, эти два события совпадают далеко не всегда, и расходятся они обычно в пятницу вечером.
Следующим материалом выходит разбор: кто и как фиксирует условия хранения на площадке, как они попадают в акт приёмки партии и что делают с материалом, у которого история хранения неизвестна. Опыт из комментариев пойдёт в следующие материалы блока.
- Считается ли разгрузка материала его приёмкой на объекте?
- В этом случае — нет: разгрузка прошла в понедельник утром, но фактически партия провела у ворот объекта двое суток без контроля условий, и это разделило разгрузку и приёмку как два разных события.
- Можно ли использовать огнезащитный состав, если тара не вскрыта, но материал стоял на морозе?
- Технадзор в описанном случае запретил использовать материал из партии до получения ответа производителя, даже часть тары, занесённую в пролёт первой.
- Кто отвечает за материал, если условия перевозки в договоре прописаны общими словами?
- В этом случае отвечать за перевозчика не за что: раз в договоре не было конкретных требований к температурному режиму, нарушать перевозчику было нечего.
